Я посадила прорастать в землю своё сердце
За окном было серо. Тяжёлые хлопья снега летели в промозглом воздухе какими-то странными, геометрически правильными линиями — прямо вниз на чёрную землю.
Я долго стояла у открытого окна босиком и мёрзла. Мне хотелось простыть. Заболеть, чтобы внутри стало горячо, чтобы тело скручивало от боли. Тогда я бы просто лежала и не думала. Вставала, только чтобы запить таблетку кислючим морсом.
Я устала. Я потеряла улыбку. Не ту, что на лице, а ту, что в сердце.
Моему сердцу был нужен отдых.
И тогда я подумала: а почему бы не посадить его вот в эту холодную, пропитанную снегом, землю, а? Отдохнёт, наполнится ранней весной и прорастёт. Как подснежник.
Я оделась, спустилась на лифте вниз. В лифт ещё зашёл сосед с огромной собакой. «Странно, ей бы овец пасти, а она в мегаполисе ошивается с хозяином. Бежать бы ей. В горы», — подумала. А собака меня даже не обнюхала. «Странно», — подумала я и вышла.
У меня не было нормального инструмента. Я никогда ничего не сажала. Так, бабушкам в детстве помогала цветы поливать и ягоды собирать — вот и весь мой опыт садовода-огородника. В общем, что дома нашла, тем и собиралась справиться.
Детской пластмассовой лопаткой (осталась у дочки из дошкольного периода) выкопала ямку прямо на клумбе. Постаралась поглубже. Туда тут же нападали хлопья снега. «Ну, снег — это вода, — думаю. — Прорастёт лучше».
Достала сердце из-за пазухи. Пока в лифте ехала, под курткой его прятала, чтобы оно не испугалось и не замёрзло раньше времени.
Бьётся, дрожит, не понимает.
«Ничего, сейчас отдохнёшь, выспишься. А как отдохнёшь, прорастай, я снова за тобой приду», — обняла и посадила.
Пошла блины печь на Масленицу. Дзен у плиты, с тестом и сковородкой. Механические действия, чтобы дожить до весны.
* * *
До мая не трогала. Дожди польют, солнце согреет. Нам надо немного побыть порознь, чтобы понять, как быть дальше.
А в мае, ближе ко дню рождения, снова вышла во двор, чтобы посмотреть, как оно там. Не то чтобы не выходила раньше, просто не смотрела, чтобы не беспокоиться и его не беспокоить.
Моё сердце проросло. Я увидела на клумбе не подснежник. Дерево.
Вокруг были люди. Они трогали его почки, трогали первые листы. Мне стало немного горячо от этого. Люди улыбались. Одна женщина сорвала листок и отдала его ребёнку. Мне не было больно, сердцу тоже. Мы вырастим новый, а вам, наверное, так надо, чтобы пойти дальше.
Я снова нашла свою улыбку. Она отражалась в их улыбках.
_______________________________
Это последний текст в рамках #марафонксебенежно из книги Ольги Примаченко «К себе нежно», день 30-ый, 31-ый оставлю при себе.
Это снова #нотки_Пенки , мальчики и девочки. Я нашла свои рельсы. Они пока сломанные, но я двигаюсь.
